Автор Саша Канес.

Продолжение

Покемонов требуют запретить в России: это шпионская игра. «Здесь не исключено присутствие ЦРУ».

Покемоны отдыхают! Продолжение

Алина Сергеевна уселась за стол и задумалась, обхватив голову руками. За окном во всю бушевала гроза, сверкали молнии,  грохотал гром.  Сосновский-старший, тяжко вздохнув, повернул выключатель конфорки, и тут же в квартире погас свет.  «Чёрт побери!» выкрикнутое им в отчаянии, потонуло в невероятной силы раскате грома, донёсшегося из-за окна. Этот жуткий удар стихии оказался и последним. Сверкать за окном перестало.

Вячеслава Михайловича буквально трясло от негодования:

—   Ну, Лёха, ну, Алексей Петрович, ну, дерьмо собачье! Pokemon Go

—  Какое, какое дерьмо!? –  Сосновский-младший несказанно обрадовался непарламентской лексике своего родителя. Он уже зажёг большую декоративную свечку и шёл к родителям. -  Ругаемся!? А когда включат свет?

—   А здрассьте   матери сказать!? – насупил брови Евгений Михайлович.

—   Здравствуй мать! – изобразил послушание Саша. — А когда включат свет?

—   Здравствуй, мой милый! – Алина Сергеевна поцеловала сына в подставленное им темя. — Мы не знаем. Почему ты босиком?

—   А как я досмотрю «Покемонов»? – задал тот единственный по-настоящему волнующий его на тот момент вопрос.

Сосновского-старшего, понятное дело, этот вопрос только рассердил:

—   А как ты хочешь, чтобы я тебе ответил?

—   Где твои тапки? – ещё раз спросила сына Алина Сергеевна.

—   Если я не досмотрю эту серию, то я и уроки не буду делать! – подытожил Саша.

—   Не поняла, причём здесь уроки? А ну, быстро одень тапочки! Пол холодный! – развивала дальше тему домашней обуви Алина Сергеевна.

Покемоны отдыхают! Продолжение

—   Мне папа обещал дать посмотреть «Покемонов» и «Спайдермена».

Не выдержав, Сосновская вышла в коридор и на ощупь отыскала Сашины тапочки.  По дороге назад, она  споткнулась о загнувшийся кусок линолеума и, чертыхнувшись, бросила домашнюю обувь сыну под ноги.

—   Одевай, быстро! А чем папа виноват, что свет вырубился?

Саша нехотя выполнил материнский каприз и продолжал гнуть свою линию:

— А я всё равно без света не могу этого Евгения Онегина читать.

—   Его Пушкин, между прочим, при свечах написал! – ехидно заметил Вячеслав Михайлович.

— Вот он глаза себе и испортил, — парировал отрок. — Когда с Дантесом потом стрелялся, его наверняка зрение подвело, а Дантес этот себя, видать, ни писанием, ни чтением не напрягал. Результат был, всем известно, какой!

— Смотри Алиночка, он уже и теоретическую базу подвёл! – всплеснул руками Сосновский-отец.

— А то! – в голосе у Саши послышалась гордость. -  Пап! Позвони, узнай, когда свет дадут! Pokemon Go 

—   Куда звонить? В ЖЭК?  Там сегодня Лёха-алкаш дежурит. С ним только разговоры разговаривать! Он только что здесь был, содрал с меня семьдесят рублей, и, если раньше только плита не работала, теперь после его работы вообще всё электричество перегорело! Сволочь! – в темноте он полез к стоящему на тумбочке в коридоре телефонному аппарату. — Кстати, сынок, если б твой Дантес в телевизор пялился весь день напролёт, то он так глаза бы свои испортил, что ни почём бы в Пушкина не попал.

Сын парировал слёту:

— А тогда б и дуэли никакой не было бы! Смотрел бы он весь день со своим Геккерном порнушку под пивко, небось, к чужим  жёнам некогда приставать было бы!

—   Какой ужас! Что ты несёшь!? – всплеснула руками мать.

—   Ну, вот, всё вам не нравится! – обиженно пожал плечами Саша. — В кои веки подробно разобрался из-за чего у Пушкина дуэль была и сразу — какой ужас! А почему вы от меня скрывали, когда я был маленький, что Геккерн этот был старый педик, а Дантесу  вообще было всё равно, что мальчик, что девочка, что дедушка Крылов!..

Сосновский уже из коридора закричал на сына:

—   Всё, хватит!

—   Почему, папа? Ты же всё переживал, что я ничего не знаю про русскую литературу!

—   Всему должна быть своя мера! При чём здесь баснописец Крылов!?

—   Про него я пошутил, папа. Он, и впрямь, тут не причём! – мальчик вздохнул. — Это Некрасов был пьяница и развратник, а Крылов только блины жрал до потери сознания!

—   Откуда у тебя такой пошлый взгляд на литературу!?

—   Из книг, папа!

—   Ну-ка, что ты читал?

— Да, ничего он не читал, конечно! – воскликнула Алина Сергеевна. – Из Интернета всё, небось!

— Всё, тишина! – Сосновский наконец взял в руки трубку и, посветив себе зажигалкой, стал набирать дежурный номер. – Что за чертовщина! Телефон тоже не работает!

— Что значит, не работает? – поинтересовался сын. – Это же не радиотрубка.

— Никаких гудков! – ответил Вячеслав Михайлович. -   Тоже вырубился. Видать, что-то серьёзное. Может даже, не из-за этого идиота электрика. Телефон тут уж вовсе не причём!

— Думаешь надолго эта тьма египетская? – Алине Сергеевне не улыбалась перспектива провести так остаток вечера.

—   Если хочешь, могу сходить к соседям узнать, есть ли у них электричество. Но завтра, не забывай, ещё и суббота, выходной день плюс ко всему!

—   Попробуйте выглянуть в окно и посмотрите, горит ли свет в других квартирах в доме, — предложила Алина Сергеевна.

— Я сейчас! -    Саша подскочил к окну, открыл его и высунулся наружу.

— Ну, что? – почти хором поинтересовались родители.

— Ничего не видно, — удивлённо пробормотал сын.

—   Нет в окнах света?

—   Да, нет! Там вообще ничего нет, — Сашин голос звучал удивлённо и даже немного испуганно.

—   Туман, что ли после дождя? – предположил Вячеслав Михайлович.

—   Не пойму. Такое ощущение, что нет  там никакого тумана! А, если и есть, то какой-то странный, — Саша перешёл на свистящий шёпот. — Там вообще ничего нет!

Сосновский-старший протиснулся к окну и втащил назад сына. -  Докатился, покемонщик,  даже в окно посмотреть тебя не пошлёшь?

— Смотри сам, если не веришь!.. – обиделся тот.

В этот момент напряжённая семейная дискуссия была внезапно прервана  скрипом открывающейся входной двери. В тёмном коридоре послышалась возня.  Кто-то безуспешно пощёлкал выключателем, а затем, вздыхая, стал снимать с себя плащ и туфли.

Сосновские затаились и тревожно прислушивались к тому, как неизвестный явно пытается  на ощупь найти тапочки. « Что ж это такое делается?» — пробормотал незваный гость высоким девичьим голосом.  Молодая женщина ещё немного порыскала в поисках домашней обуви и, ничего не добившись, босиком пошла на кухню, прямо на огонёк зажжённой Сашей свечи.   Все члены семьи  настороженно замерли и ждали, что будет дальше.

— Ты, что, забыла закрыть дверь, когда пришла? – прошептал жене Сосновский.

—   Нет! Ты что? Она же захлопывается! Она с ключом…

Незваная гостья вошла на кухню и, явно не испытывая ни малейшего смущения, поприветствовала присутствующих:

—   Добрый вечер.

—   Здрас-с-сте! – хором ответили Сосновские-старшие.

Саша, скрытый тенью от холодильника, был потрясён настолько, что только молча открыл рот.  Девушка уселась на Сашин стул и, закинув ногу на ногу, обратилась к его родителям:

— Ну, как вам этот кошмар? — ответом ей было тягостное молчание. — На улице, я имею в виду! – пояснила девушка и вытянула уставшие ноги в одних колготках. — Я не нашла там в темноте тапок, но надеюсь, Алина Сергеевна меня простит!

Молчание окружающих, очевидно, огорчало гостью, но не было для неё совсем неожиданным. Глаза её постепенно привыкли к колышущемуся в неверном огне одинокой свечи полумраку. Внезапно она увидела отделившегося от холодильника Сашу и даже вздрогнула от удивления:

— Здравствуйте, молодой человек!

— Здравствуйте! – ответил Саша хрипло.

— Теперь я вижу на ком  мои тапочки! – она указала пальцем на ноги мальчика. — Носите на здоровье! Размер у нас с Вами, молодой человек, вроде, одинаковый… пока, — с этими словами она взяла  стоящую на столе бутылку, вылила остатки пива в кружку Сосновского-старшего и начала из неё спокойно пить.

Сосновский-старший в ужасе наблюдал за фамильярным уничтожением любимого напитка. Кроме того, он совершенно не понимал, как на всё это следует реагировать. А девушка, тем временем продолжала весело и доброжелательно обращаться к Саше:

—   Вас, юноша, видимо, затюкала своей любовью к домашней обуви матушка!? Отлично! А я буду наслаждаться хождением босиком! – с этими словами она протянула опешившему мальчику для пожатия свою руку. — Ира! – представилась она Саше. После паузы добавила. — Ирина!  Ирина Вячеславовна!

Саша, несмотря на испуганные жесты родителей, собрался с мужеством и пожал ладонь девушки. Но голос его прозвучал хрипло и глуховато:

— Саша! Александр! Александр Вячеславович!

— Наши отцы, видать, тёзки! – засмеялась девушка. — Очень приятно!

После этого заявления Сосновский-старший решил больше не молчать:

— Кстати, дорогая девушка, именно я, Сосновский Вячеслав Михайлович, и есть его отец!  Если Вам это, конечно, интересно!

Ирина подавилась пивом и закашлялась:

— Мне интересно ли!?  Интересней чем мне, наверное, только ма…, то есть Алине Сергеевне, если мы по случаю таких событий стали все такие официальные. То-то я смотрю в доме все, как пыльным мешком пришибленные… Поздравляю! Я лично рада! – она опять протянула руку Саше. — Ну, что! Давай ещё раз пять, братишка! С папой у тебя всё понятно, поверь мне, он — классный чувак! Сразу не скажешь, но потом сам убедишься! А кто у нас мама, позвольте узнать?

— А мама у нас – я! – выкрикнула Алина Сергеевна.

Девушка медленно встала, подошла к опешившей Алине Сергеевне и крепко обняла её:

—   Горжусь! Я, так понимаю, что разговор о биологической матери, её судьбе и интересах сейчас не уместен, — она попыталась обнять и Вячеслава Михайловича, но тот неловко отскочил, руша посуду и табуретки. – Ага! – Ирина покачала головой. — Понимаю, шок от запоздалой радости отцовства! И, что, брат мой Александр,  как тебе этот дом?

Алина Сергеевна строгим холодным голосом промолвила:

— Может быть, мы всё-таки объяснимся, девушка!?

Ирина задумчиво обвела  лица Алины Сергеевны и Вячеслава Михайловича, рассеянным взглядом:

—  А это обязательно делать при Саше?

— Я, честно говоря, не вижу никаких препятствий… — проговорил Сосновский-старший, пытаясь восстановить порушенные предметы быта.

Его супруга согласно закачала головой:

—   Хотелось бы получить какие-то объяснения, честно говоря, и, чем скорее, тем лучше!

Ирина сердито сдвинула брови и, повернувшись к окну, выкрикнула:

—   Мне, в конце концов, уже девятнадцать лет, и я могу сама решать, где мне ночевать после дискотеки!

— Но при этом неплохо бы учитывать желание хозяев квартиры! – парировал Вячеслав Михайлович.

— Во-первых, если уж на то пошло уж в первую очередь, желание, очень сильное желание хозяев как раз и было учтено, я не имею обыкновения сама напрашиваться…

— Да, уж напрашиванием это никак не назовёшь! – перебил её Сосновский-старший.

— А во-вторых, — повысила свой голос Ирина.  — В свете вновь открывшихся обстоятельств, уж кто бы чего говорил, но не… — она неожиданно нервно всхлипнула.  -  Не ты…  папа!

— Что!!! – Алина Сергеевна вскочила, как ужаленная. -  Вы действительно считаете его своим отцом!?

Ирина рыдала в голос:

— Да! Считаю, и буду считать, чтобы ни было! И сколько бы детей у него не нашлось ещё. Почему дочь должна быть к нему строже, чем  жена!?

Саша обалдело вникал в происходящее. Страшно быть  перестало.  Становилось даже весьма любопытно. Он присел на подоконник и изрёк в пространство:

—   Сегодня у нас весело! Покемоны просто отдыхают!

У Алины Сергеевны в глазах потемнело. Осознание грандиозной измены мужа, не случайной, не разовой ошибки, а, по сути, двойной жизни начатой много-много лет тому назад обрушилось на неё в один момент. Голос её стал сухим и почти не узнаваемым, что ещё больше подчёркивало банальность заданного ей вопроса:

—   Слава! Может, ты объяснишь нам, что происходит!? – супруг в ответ только выпучил глаза.

Рядом в голос всхлипывала Ирина. Обращалась она уже только к Саше:

—   Братишка, прости! Они вообще-то классные предки, но сегодня их заклинило. Я предупредила их вчера, что буду ночевать не дома, записку оставила, чтоб не нервничали. Но, видно, они всё равно завелись, а тут ещё ты появился!.. То есть ты прости, это очень здорово, что ты есть, но, согласись, не каждый день в семье появляются взрослые дети!

Эта тирада вызвала всеобщую унылую паузу. В неверном пламене свечи  лица всех участников семейного ужина выглядели абсолютно противоестественно и карикатурно. Ирина обвела  помещение взглядом. Неловко было всем. Алина Сергеевна закрыла лицо ладонями, а Вячеслав Михайлович безуспешно пытался развести руками в ответ на предыдущий вопрос жены, но, видимо, на нервной почве правильное движение у него не получилось, и он много раз подряд делал что-то похожее на упражнение пьяного, вытащенного из воды пловца. Саша стоял и смотрел на неё, молча и открыв рот. Ирина поднялась с места:

— Я чувствую, что мне лучше пойти погулять часок другой, а за это время, надеюсь, включат электричество, и родная мать сможет предложить мне, по крайней мере, чашку горячего чаю! – она вынула из кармана ключ и положила его на центр стола. -  Ключи не беру, раз все дома. Посвети мне братишка, а то навернусь я в этом коридоре…

Сосновские-старшие, как завороженные,  смотрели на ещё одну семейную связку ключей. Саша, не произнося ни звука, взял  со стола свечу и пошёл рядом с Ириной  по  тесному коридору.

—   Может тебе не ходить никуда!? – прошептал он девушке уже возле самой двери. Там непонятно что творится. Я из окна только что выглядывал, там…

Ирина, всхлипнула, надела туфли и потрепала его по голове:

—   Нет, Саня, я их лучше знаю. Пройдусь пару раз вокруг дома, они как раз в себя и придут. Поимей в виду на будущее, когда они такие, как сейчас, с ними вообще не возможно общаться. Надо пойти, пройтись, убедить себя, что они, хоть и стебанутые малость, но свои, родные… Они добрые очень, братишка! Видишь, мать как о тебе  сказала: мой, и всё тут! Ты кого другого на её месте представь! Как, кстати, родная-то мать как? Жива? В порядке? – она, наконец, обратила внимание на странно молчаливую реакцию Саши. — Ладно, понимаю, что  сейчас не время!

Девушка решительно отворила входную дверь и… от неожиданности закричала: —

— О, Господи!

— Папа! Скорее сюда! – закричал Саша. — Смотри!

Сосновский-старший, спотыкаясь о разбросанные в коридоре ботинки, подбежал  к двери и, выглянув наружу, охнул. Такого он представить себе не мог.

— Женя! Саша! Что там за дверью!? – встав со своего места, прокричала Алина Сергеевна.

— Там… ничего… То есть  совсем ничего… нет… — был ей ответ.

 

В диспетчерской ЖЭКа, тем временем, слесарь Лёха  пил водку, заедая её маринованными огурцами из трёхлитровой банки. Надо сказать, что Лёху нисколько не удивило, когда обитая коричневым дерматином дверь распахнулась и в служебное помещение ввалилась роскошная блондинка, одетая в купальник, состоящий из мизерных перламутровых тряпочек.

— Нету сегодня приёма! – рявкнул Алексей Петрович и, не обращая никакого внимания на, мягко скажем, необычный внешний вид посетительницы, захрумстел огурцом.

Девицу такой приём не обескуражил. Глумливо ухмыляясь, она низким грудным голосом обратилась к электрику:

—   Здравствуйте Идельфан четыреста двенадцатый!

Впервые опубликовано 22 июля 2016 года 

Продолжение можно прочитать тут.

П.С.

Если вам понравился рассказ, поделитесь с друзьями с соцсетях.

Также по этой теме:



style="display:inline-block;width:468px;height:60px"
data-ad-client="ca-pub-9339256050352172"
data-ad-slot="8225109043">